• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: люди и нелюди (список заголовков)
15:55 

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Думала рассказать об этом кому-нибудь лично, ну да ладно уж — пусть будет здесь, как и все другие обрывки этой истории.

17 марта, пятница, и погода в Петербурге резко утрачивает солнечную весеннюю звонкость: МЧС рассылает штормовые предупреждения, от холодного дождя улицы кажутся темнее. Из университета я еду в гости к Марии Михайловне. Так это начинается?

Часами блуждая от Максидома до Народного Ополчения (только прямые линии, чтобы идти, не думая), я тысячу раз рисовала этот вечер, проживала его заранее с первой и до последней реплики: страх, неловкость, невяжущийся разговор, выпавшие из рук вещи. Шутки, в которых многовато горечи. Как мне его называть? — Арсений? Арсений Сергеевич? Конструкции, избегающие обращений? Собственные непролитые слёзы. Неизбежное осознание: ничего и не могло получиться.

И — стоит ли говорить, как сильно я в очередной раз нас недооценила? Нас всех, и Арсения в первую очередь. Потому что всё было не так, без драмы, без надрыва, легче и домашнее.
Их любовь, лежащая так глубоко в презумпции, во всю-жизнь, в само-собой-разумеется, — тёплым фоном, естественным «ты». Крохотная уютная кухня, на подоконнике коробки конфет, за батареей сложенные полиэтиленовые мешки. «1+2+8+4+2. - Что это? - Ну, дом 128, квартира 42. В сумме семнадцать». И удивление на их лицах, неужели мне первой пришло в голову посчитать?.. Беседа, не кончающаяся с восьми и до одиннадцати вечера, немножко стыдно, что просидела так долго, но и радостно в кои-то веки, что с моим зрением часов на противоположной стенке было не разглядеть. «Мы всё равно тебя проводим». «Нам надо видеться чаще», и моё беспомощное «Правда?..». Легкий аромат духов Марии Михайловны на моей одежде, даже на куртке.

Я живая, живая.
Я теперь — тоже их друг?..
С ч а с т ь е.

@темы: люди и нелюди

23:57 

lock Доступ к записи ограничен

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:43 

перевяжи эти дни тесемкой (с)

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Some are like water, some are like the heat
Some are a melody and some are the beat
Sooner or later they all will be gone
why don't they stay young

Не знаю, совсем не знаю, как об этом рассказывают, но всё-таки. Мы сегодня собрались в школе всем разношерстным коллективом — доброй третью 11Б, и все такие студенты-студенты, красивые, взрослые, только и разговоров, что про матанализ. Приходили по очереди и первым делом лезли в коробку с шоколадом, а потом рассказывали хором — у одного семинары, у другой душка-преподаватель-геометрии, у третьего автограф Жореса Алфёрова, и этот третий, конечно, Лёва ;)

Лёва, обременённый многостраничными конспектами, вообще прекрасен до неприличия — ему идёт Политех, даже усталость — и та к лицу; Новикова каждый зашедший учитель трепал по кудрям, а Колбасин (который всегда у нас за компанию) пил чай из трех, кажется, кружек одновременно. Ну, это же Колбасин.
Сидели долго и шумно, а исчезли как-то вдруг — переобнимались и испарились вместе с пальто и сумками.

А мы с Аней и Никитой пошли гулять.
И вот этот наш забег чуть ли не на пятнадцать километров («Давай я тебя провожу? — Ладно, только потом я тебя») по кирпичному Ленинскому и зеленому проспекту Ветеранов... это была история про то, где кончаются разговоры о серьезном. Потому что когда тебе хорошо, ты можешь по-настоящему только смеяться — час, два, и еще чуть-чуть, ну, до ближайшей автобусной остановки.
И пересказывать-то нечего; и пересказать — невозможно.

Почему-то очень жаль, что не сфотографировались. Ну да ладно, успеем ещё.

So many dreams swinging out of the blue
We let them come true

* * *
И вдогонку: в четверг — как-то спонтанно это получилось — сидели у Алёны; у неё из окна видны только желтеющие листья, и так спокойно, и просто говорить о чём угодно, не повышая голоса.

Какие люди вокруг меня, Господи, какие же люди прекрасные.

@музыка: Youth Group — Forever Young

@темы: люди и нелюди, сегодня школа и завтра - школа...

19:58 

Вера Полозкова, "Суррогаты"

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
как они говорят, мама, как они воздевают бровки,
бабочки-однодневки, такие, ангелы-полукровки,
кожа сладкие сливки,
вдоль каждой шеи татуировки,
пузырьки поднимаются по загривку, как в газировке,
отключают сознание при передозировке,
это при моей-то железной выправке, мама,
дьявольской тренировке

мама, как они смотрят поверх тебя, если им не друг ты,
мама, как они улыбаются леденяще, когда им враг ты;
диетические питательные продукты
натуральные человеческие экстракты
полые объекты, мама, скуластые злые фрукты,
бесполезные говорящие
артефакты

как они одеты, мама, как им все вещи великоваты
самые скелеты
у них тончайшей ручной работы
терракотовые солдаты, мама,
воинственные пустоты,
белокурые роботы, мама, голые мегаватты,
как заставишь себя любить настоящих, что ты,
когда рядом такие вкусные
суррогаты

@темы: люди и нелюди, чужие стихи

21:05 

А тем временем

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
За последние дни я прорешала такое количество тестов по обществознанию, что теперь Контакт каждые несколько минут заставляет вводить код с картинки, а через какое-то время и вовсе запрещает "голосовать", т. е. использовать наиболее удобный способ прорешивания заданий части А, выкладываемых в специальной группе, — он явно считает меня роботом.
Может, не так-то он и ошибается?

* * *

...впрочем, я не об этом сейчас; я хотела про нашу встречу, которая состоялась-таки 8-го числа, спустя полтора года после памятной поездки на олимпиаду в Москву. Увидеть девочек — вернее, Таню, с Алиной мы и так видимся постоянно, а Катя не смогла вырваться из цепких объятий сессии, — и, конечно, Галину Львовну было... чудесно. Стоило наконец осознать: мне по-прежнему легко с ними, как будто те несколько недель в давнем ноябре действительно сделали с нами что-то важное; как будто мы — члены крохотного тайного общества, "для маленькой такой компании огромный такой секрет".
Неслучайная сопричастность: есть кодовые слова, ответом на которые служит улыбка, а есть и другие, неизменно вызывающие смех.
Братство Кольца филологов: у тех, кто любит книги и умеет слушать, темы для разговоров не кончаются. Ни-ког-да не кончаются.
Интриговать читателя сложно-бессоюзными заголовками: стиль Сухих ;)

«А помнишь...» — и да, оказывается, не забыли. Многочасовое возвращение из Можайска; смех Кирилла Юрьевича и его неизменное "вот-т...", произносимое на выдохе; полуночные шатания по освещенному центру Москвы. Первый и второй туры. Третьяковская галерея и музей Тургенева. Таня, тоненькая, в черном, читает Друнину со сцены, и голос почти срывается от слез. Галина Львовна с негодующим "мяу!" отпрыгивает от наступившего ей на ногу пассажира метро. Большое и незначительное — вперемежку. To be continued; et cetera et cetera.

Говорили о танцах, вузах, фотографии, будущем.
Договорились — встретиться еще раз, 27-го, и походить вместе по центру.

* * *

— Есть еще вопросы? — в конце консультации Наталия Александровна обводит сосредоточенно пишущих уже-не-школьников взглядом.
— Да, — Артём вскидывает руку. — Вы нас любите?

А завтра экзамен — последний. Удачи дорогим нашим всем.


@темы: сегодня школа и завтра - школа..., ретроспектива, люди и нелюди

17:24 

"Мне нравится, что Вы больны не мной..."

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
О многом хочется написать сюда, но — всё-таки по порядку :) Наверное, самое главное сейчас — вторая попытка рассказать о Никите, пока еще неделя до последнего звонка и месяц до всего, что потом.

* * *
В Луге, когда речь случайно зашла о не поехавшем с нами Никите, Мария Михайловна сказала: "Он удивительный человек — всегда-хороший". Так это и прозвучало — через дефис.
Какая ирония: я должна, буквально обязана была влюбиться именно в него, высокого и темноволосого (на фото выглядит более неловким и угловатым, чем есть на самом деле), увлекающегося, доброго и энергичного... впрочем, зачем выстраивать ряды эпитетов, просто ведь никто и никогда не был так похож на намечтанный в детстве образ.

— Я и забыла, какой ты умный, — уважительно, но не без некоторого раздражения, говорит Никите бывшая наша учительница по английскому, в порядке исключения проводившая урок. Это было уже после того, как он правильно ответил на все вопросы — в том числе и заданные не ему ;)

— А оставь мне свой номер телефона, — на полном серьезе просит другая преподавательница, которой наш мастер-на-все-руки раз за разом устанавливает программы, печатает документы и делает нарезки из фильмов. — Буду с тобой консультироваться!
К слову, это она называет его "зайчиком", вызывая ревниво-неприязненные взгляды Ани.

И Никита чинит проводку в кабинете биологии подручными средствами, потому что нужно показать классу презентацию; подключает Марии Михайловне интернет, не работающий во всей школе: щурится, быстро нажимает какие-то кнопки, задумчиво "ааа..." и — готово, получите, распишитесь; а как они с Лёвой на пару решают у доски логарифмическое неравенство из части С5 — даже челки отбрасывают назад похожими жестами...

Я пишу ему сочинение по французскому, пока он взахлеб рассказывает что-нибудь этакое: про новый шлем для мотоцикла, заказанный— не много, не мало — в Гон-Конге, вместо которого на почте по ошибке пытались всучить ожерелье; или, например, про лес под Тверью, где и змеи, и грибы, и красота невиданная повсюду.
Мне нравится его слушать, нравится делать за него задания — и пусть все остальные громко возмущаются, мол, я его балую. Пусть возмущаются дальше — это же редкое счастье, когда такие мальчики позволяют себе помогать.

...слаженный дуэт, привычный тандем: на контрольной глазами и пальцами показывать не только тестовые ответы, а и целые аргументы для сочинений; долго тянуть друг друга за руки: "ну пойдем уже - не хочу, садись обратно" — и ведь все равно приходим и уходим вдвоем.

— Не пойду на дополнительный, — капризно.
— Ага, конечно!
— Маша, почему ты мне не веришь?
— Где это ты видишь, что я тебе не верю? "Ага" выражает согласие, вообще-то.
Пауза. Медленно:
— То есть ты упрекаешь меня в неспособности различать интонации?

Нет, Никита, что ты, разве я упрекаю. Если кто и умеет понимать оттенки смыслов — так это он; если кому-то доверять — то ему.
И как-то неожиданно, само собой получается, что про мою-несчастную-любовь знает Никита — в числе очень и очень немногих близких друзей. Потому что только он заметил, как дрожали у меня пальцы 16-го декабря, так, что я и не пробовала писать, а просто удерживала ручку.

— Хочу вот к тебе, — и улыбается, опускаясь на соседнее кресло. Это звучит двусмысленно, но мы-то понимаем: имелось в виду только то, что было произнесено. И я тоже расплываюсь в улыбке, потому что это просто рядом с ним — смеяться и разговаривать, быть ласковой. И совсем ничего не бояться.

Какая ирония: я должна была влюбиться именно в него...

А сейчас он пишет, спрашивает что-то про русский. Пойду отвечать :)

@темы: люди и нелюди, сегодня школа и завтра - школа...

22:20 

"Думы"

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Два раза за последние два дня — вчера, в концерте Евгения Дятлова, который передавали по "Культуре", и сегодня, в фильме "Пять вечеров", — услышала песню "Думы": в первый раз — исполненную с веселым задором, во второй — задумчиво и с горечью. И оба раза вспоминала Лицей. Лицей и Лиду.

Восторженно-трепетное отношение к старшим было непременным условием нашего хореографического мирка, и не только потому, что их ставили в пример; на их репетиции смотрели, затаив дыхание, их партии мечтали унаследовать... И было, было ведь, чем любоваться! Грациозные, выразительные, техничные... красавицы, как на подбор. Но Лида — это был отдельный случай.

Больше всего она похожа на фарфоровую статуэтку — отточенность и невесомость. Волосы уложены в гладкую прическу — ни разу не видела ее растрепанной или неаккуратной; огромные черные глаза... И что-то трагическое, возвышенное во всём облике — а может, так мне казалось. Но даже теперь сложно думать о ней как об обычной девочке, каких тысячи.
Дело было не только во внешности; дело было еще и в её романе с единственным на всем отделении молодым человеком, — не слишком талантливым и трудолюбивым, зато избалованным всеобщим трепетным вниманием. "Что ты делаешь, дура!" — кричал он прямо на репетиции, не стесняясь присутствием преподавателей. Лида серела лицом — её вина заключалась, по-видимому, лишь в сложности никак не выходившей у Никиты поддержки, — но молчала. ("Как он её... бедняжка", — шептали пораженные пятиклассницы, смотрящие из-за кулис).
А еще дело было в её сольном номере — "Думах".

Лида танцевала босиком (мне потом рассказывали, что ноги у неё были в занозах) и заканчивала исполнение в слезах. Я почти не разбирала слов народной песни и слышала одно протяжное рыдание, под которое девушка на сцене, словно зачарованная, раз за разом возвращалась к оброненному в начале номера письму и снова бежала к зрителям, заламывая руки; замирала на самом краю сцены, прижимая к груди драгоценный листочек бумаги, — и мы начнем всё сызнова... — а потом так же медленно и тщательно, с остановившимся взглядом, рвала его на куски.
Я до сих пор не видела жеста безнадежнее.
Бестолковая любовь,
головка забубенная...

Это — запись самого первого (а потому простительна пара технических огрехов) выступления: vk.com/video148501099_168410412

@темы: ретроспектива, люди и нелюди

19:18 

С гордостью

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
* * *

В последнее время я как-то особенно полюбила рассказывать окружающим (и чем меньше они знакомы с объектами повествования, тем лучше) про наших мальчиков, неожиданно выросших и — ожидаемо прекрасных. И, рассказывая, чувствую гордость, будто и впрямь причастна к этому сомнительному чуду, к этому феерическому действу, разворачивающемуся у всех на глазах. Какие они смешные, не освоившиеся еще в своей взрослости и привлекательности; как любой жест у них напоказ — и при этом естественен, такие вот парадоксы; как они обманчиво кажутся своими...

Я здесь мало говорю о Никите, а ведь мы с ним "ходим парой" по шесть-семь часов целую неделю, не считая воскресений; решаем задачки по математике в сообщениях ВКонтакте и неизменно вместе стучимся в двери учительской; еще чуть-чуть, и станем хором отвечать на вопросы ;) Этот тандем — пожалуй, главный источник радости сейчас; не могла и представить, что мне с кем-нибудь на свете будет так комфортно работать — а вот же.

старое фото :)

— Как переводится 'suburban' — "пригородный" ведь, да?
— Да.
И минуту спустя:
— Слушай... я сказал "да" с утвердительной или с вопросительной интонацией?
— Никит, ты чего? С утвердительной, конечно.
— А мне показалось, что спросил...

Это всё смешно по большей части в момент произнесения, в самом конце седьмого урока, — как и осторожно-задумчивое: "Как ты думаешь, напомнить Марии Михайловне, что она не проверила старую работу Даши — можно?" после просьбы учительницы говорить только по делу. Как и еще множество мелочей, не желающих сейчас вспоминаться или вовсе не поддающихся записыванию.
Может, получится в другой раз.

...У Никиты правильные черты лица, тёмные глаза какого-то непередаваемо теплого оттенка (которые, впрочем, надо еще разглядеть из-под челки); рельефная мускулатура — он гордится ею и одновременно страшно ее стесняется; удивительная для меня тяга к знаниям... и, конечно, девушка Аня, его и моя одноклассница.

* * *

...А результат теста, который я решила пройти, удивительно напоминает человека, которого я — нет, которого я не считаю злодеем.
Итак, ваш злодей




Порой быт заедает сильнее всяких бед. И с этим тоже нужно уметь справляться. Точнее, нужно уметь приправить жизнь приключениями так, чтобы она показалась веселым фейерверком. И наш злодей знал об этом как никто другой.

Коррумпированный полицейский, странный сотрудник отдела по борьбе с наркотиками, который тоже не прочь поднять градус своего настроения за счет изобретений химиков. С ним порой бывает очень сложно - особенно когда ему вдруг захочется пострелять и покрасоваться своей беспринципностью и черным юмором: "Я не получаю никакого удовольствия, убивая людей, которые не любят жизнь".

Он слегка неуравновешен, но при этом весьма харизматичен, легко манипулирует людьми и командует целой бандой. Любит Бетховена и элегантные костюмы. Обладает сомнительным чувством юмора и страстью к опасности. Циничен, но при правильном подходе сумеет понять, что делать можно, а что нельзя.

Как никто другой, умеет разнообразить жизнь за счет мелких (и не очень) шалостей. Как служитель закона, знает, что в данный момент можно нарушить, чтобы развлечься. Как высокопоставленный полицейский, запросто поможет и себе, и вам уйти от любой ответственности. Но всегда, после любой шалости, будет бороться до конца, петляя и отмазываясь, чтобы не поймали. Не столько из страха, сколько из желания всех обмануть, обхитрить и уделать.

А еще знаком с целым множеством совершенно невменяемых, но весьма интересных людей. Так что отличная и веселая, но совершенно безумная компания вам будет обеспечена.

Запросто ухитрится положить к вашим ногам мир - странный, сияющий и прекрасный, а также научит любить жизнь во всех ее выкрутасах.
плохой хороший парень

@темы: люди и нелюди, сегодня школа и завтра - школа...

19:24 

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Апрель завершается так же, как и начинался, — посещением поликлиники. Вообще я, кажется, весь месяц провела, переходя из кабинета в кабинет, из больницы в больницу.


В последней провела больше недели, причем температура в первые дни не опускалась ниже 38 с лишним, а в последующие — не поднималась выше 36, и постоянно не было сил. В палате (что показательно, четырнадцатой) 10 человек, душно, хотя распахнуты все окна, и всё время горит кварцевая лампа. На белых простынях — следы зеленой мази: нечаянно прислонилась во сне. Столовские тарелки с отбитыми краешками, в 7:15 — подъем, второй завтрак — бутерброд без сыра...
Смс-ки от Никиты и Марии Михайловны были редкой радостью, и каждый раз почему-то — абсолютной неожиданностью. Кроме них да еще визитов родных, ждать было нечего. 12 часов тягостной полудремы и четыре укола внутривенно — и так изо дня в день.


Что-то вроде моментальных снимков:


-
моя тёзка-десятиклассница взволнованно расспрашивает окружающих о грядущей операции, стараясь узнать хоть что-нибудь — как повезут и сколько лежать, опасен ли наркоз, почему нельзя есть целые сутки... "Ууу..." — намеренно детским жестом прижимает к себе огромного плюшевого медведя;

-
в углу две маленькие девочки (скоро месяц как в больнице) играют во врачей: "Не дергайтесь, — строго предупреждает одна, — сейчас мы установим вам катетр". И прилаживает к руке своей пациентки палочку от чупа-чупса... "Пациентка" хохочет и вырывается, её не терпится поменяться с подружкой ролями;
- еще один эпизод с теми же действующими лицами:
— Я люблю тебя, — напевает Лена, — люблююю... люблю тебя и ненавижу тебя... люблю тебя и ненавижу себя...
— "Ненавижу тебя", наверное, — с улыбкой уточняет Влада.
— Неет! — дурачась, — люблю тебя и ненавижу себя!
Я слушаю их и думаю о том, что к своим шестнадцати годам дошла ровно до этого же: "люблю тебя и ненавижу себя".


Много читала — запоем, сотнями страниц подряд; слушала композиции Али Кудряшевой и Веры Полозковой. Пыталась писать — хотя бы просто поток сознания, что-то вроде летних "утренних страниц". И смотрела, как идут поезда.



@темы: ретроспектива, люди и нелюди

19:25 

lock Доступ к записи ограничен

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:00 

lock Доступ к записи ограничен

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
17:37 

Без предыстории

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Не хочу (сейчас, по крайней мере) никаких предысторий; а написать — нужно.

То, что, как я думала, давно закончилось, неожиданно продолжается, с каждым днём запутывая меня всё больше. А ведь надеялась: больше не придётся об этом думать, мучительно выкапывая воспоминания и пытаясь определить — было? не было? Он действительно вот так смеялся, запрокидывая голову назад, что вот хоть умри от счастья, глядя? Действительно — всегда, неизменно, называл меня по имени, смотрел внимательно, снился раз в месяц, как по расписанию? А вот этот, непорядочный и недобрый, тоже он?

И как сложно. И как страшно, что не могу бояться, а надо бы.

"Бывшие наши", как же... — мятые рубашки, жесты намеренно неточные, а шутки еще злее, еще небрежней; господи, такие взрослые стали, а я до сих пор помню: один был командиром класса, другой плакал на рисовании, третий... и так до бесконечности. Не подойти, не подступиться, и лучше бы вообще не замечали, проходили бы мимо, не здороваясь.
Мария Михайловна твердит "не умеют любить" — и правда, не умеют; зато играют постоянно, во что угодно, как в начальной школе, так что быть наблюдателем — уже огромная удача. Напевают что-то себе под нос; "теорема Ферма" — бросают в разговоре и сами собой любуются, а получается, как ни парадоксально, действительно здорово. И как тут не согласиться на что-нибудь непомерно дурацкое, лишь бы с ними?

Вообще-то о таких мальчиках хорошо пишет только Вера Полозкова, а мне не хватает таланта, да и уверенности, что что-то подобное писать стоит.

@темы: люди и нелюди

17:24 

День учителя (в двух частях)

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
А вчера в нашей школе проводили День Самоуправления, по традиции — совместно с Днём Учителя. Я об этом пару дней назад обещала рассказать моей чудесной Айлинн, но подумала, что это стоит отдельного поста здесь.

Часть первая, школьно-самоуправленческая.

Вообще-то я не планировала вести уроки, но, как всегда, меня особенно не спрашивали :) Просто в среду на урок французского заглянула Мария Михайловна, улыбнулась — так, как она умеет, одними глазами, — и попросила нас с Даней повозиться с шестиклассниками. Возразить или даже осмыслить произошедшее мы не успели, а молчание — знак согласия, и, вот честно, я рада, что всё получилось.

Сильно готовиться к замещению не пришлось: инструкции были выданы четкие и подробные, расписанные по пунктам, с ответами на задания даже, — это в теории. На практике же минут пятнадцать я потратила, объясняя, как переводить прямую английскую речь в косвенную (со всеми инверсиями, модальными глаголами и смещением времен), а затем — объясняя всё то же самое по второму кругу :) А вообще-то дети вели себя прилично (особенно сначала), хотя одна девочка, опоздав минут на пятнадцать, извинялась не иначе, как — "Пардон, задержалась"; читали неплохо, переводили тоже, отчаянно сражались за пятерки и не дрались, а это значит — всё прошло хорошо.

Но вот вспоминать (надеюсь, и спустя годы) я буду другое: все горячатся, хохочут и привирают, украшая старые байки новыми подробностями; на столе — конфеты, торт, штук двадцать чашек, и в каждой — по полглотка недопитого чая... Мария Михайловна, которая смеется тоже, толкает Викторию Юрьевну и подмигивает, мол, правда, нам хорошо на экскурсии? Мы (на этот единственный день — завучи и представители местной администрации) киваем, кричим: "и в следующий раз не уезжайте тоже!", а потом просим спеть ещё... И Мария Михайловна поет своё, аккомпанируя на гитаре: одну песню, а потом и вторую.

И... как же это было здорово, гораздо лучше, чем пить из фарфоровых чашек в директорском кабинете; так здорово, что я задержалась на два часа вместо запланированных пятнадцати минут — и ушла, напевая «сегодня школу и завтра школу» безо всякой горечи.

Часть вторая, литературно-театральная.

А через два часа, всё еще в состоянии эйфории, убежала в театр ("Суббота", «Село Степанчиково и его обитатели»), куда мы решили пойти организованно — всем кружком :) И вот об этом — подробнее.

Пока ждали опаздывающих, Валера в лицах рассказала, как заказывала нам билеты:
— Здравствуйте, а места остались?
— Да, конечно. А Вам много? Три?
— Семнадцать!
— Что-о?.. То есть, я хотела сказать, вам зачем? То есть... с кем вы? *Валера говорила, это было сказано с выражением, которое можно передать приблизительно так: и что вы здесь забыли?*
— С группой.
— С классом?
— С литературно одаренными детьми. И да, мы бы хотели поговорить с режиссерам после спектакля, это возможно?
*потрясенно* Ну... это надо обсудить, не совсем обычная практика для нашего театра... но мы попробуем, вы, главное, приходите!..

И вот мы, главное, пришли :)
Рассказ Валерии подтвердился целиком и полностью, так как, увидев много-много девочек филологического вида, билетерша просияла: «о, VIP-кружок!»; с труппой, правда, побеседовать не удалось (актёры после почти-трехчасового спектакля были измучены, даже во время оваций улыбались с трудом), зато мы, как преданные фанаты, дождались исполнителя главной роли, вручили ему цветы и импровизированный комплимент — кажется, он был глубоко тронут. В перерывах мы фотографировались («Для отчетности», — отрезала Валера, пресекая возражения) и, конечно, много смеялись.


(я в третьем ряду, прячусь, но найти теоретически можно)

А если о самом спектакле — я боялась чрезмерного осовременивания, почти зря: костюмы были приближены к карнавальным (чтобы подчеркнуть, что всё происходящее — не более, чем фарс, надо думать), декораций — минимум, актеры пили из явно не знакомых Достоевскому стаканчиков-с-трубочками, но на фоне действительно хорошей игры всё это — милые (и в чем-то очень функциональные) мелочи. Сильно разочаровали разве что исполнители ну-совсем-положительных ролей — они смотрелись блёкло и ненатурально.

Рассказать об этом подробнее смогу попозже, когда буду писать сравнительный анализ повести с постановкой; а сейчас я просто рада, что всё это есть в моей жизни :)

@темы: люди и нелюди, на полях конспекта: курсы, сегодня школа и завтра - школа...

18:43 

Курсы

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
Как странно: я всё время путаю дату; сейчас я не выдержала бы ни одного теста на адекватное восприятие действительности. То мне кажется, что год только начался, впереди ещё куча всего, то — что всё почти закончилось. И не скажу даже, что именно сбивает с толку — разговоры о ЕГЭ, контрольные или просто усталость.

Да, вот так, уже умудрилась порядком измучиться: писала конкурсную работу (лично я её зову отзывоанализом), на которую потратила уйму времени и нервных клеток, которые, как известно, не восстанавливаются; и это при том, что мне очень и очень помогла Валерия, после одного из занятий добровольно предложившая дать пару дружеских советов.
Понятное дело, дружескими советами дело не ограничилось.

* * *

А вообще-то я хотела написать об очередных уроках «Подготовки», тем более, есть что рассказать :)
На предыдущей неделе мы познакомились с новыми педагогами (то есть студентами, ну да ладно, на мой взгляд — тем лучше).

Сначала была Соня, говорившая очень спокойно и ни разу не повысившая голоса — не только чтобы сделать замечание, но даже в возбуждении или увлекшись рассказом; под её методичную диктовку мы записывали названия, годы издания, фамилии издателей и печатавшихся авторов... в общем, всё о журналах девятнадцатого века. Их политические программы и установки; виды и подвиды; разделы и эволюция разделов — теперь мы знаем о них всё :)

Оказывается, кстати, даже в самых серьезных изданиях были не только тексты произведений, критические и публицистические статьи, но и колонки самой разной тематики — например, в номере «Отечественных записок» за 1856 (если не ошибаюсь) год, выданном Соне в библиотеке СПбГУ, напечатана статья о черноземных землях, а на последней странице даны выкройки самых модных на тот момент шляпок с дотошным описанием всех без исключения рюшечек.

Вторую лекцию читал обаятельный Карим. Думаю, многие («господа и дамы! то есть — дамы и господа... дамы и господин», — это он нас так называл) были изрядно смущены — уж больно мы привыкли к прекрасным леди-преподавательницам :) Так что первая часть занятия проходила достаточно напряженно, несмотря на интереснейшую тему — биография и творчество Дениса Давыдова. Аудитория расслабилась и разошлась только после краткой, но веселой орфоэпической дискуссии (видимо, эта тема близка всем), в ходе которой мы узнали, что
а) орфоэпия — никакая вовсе не орфоэпия, а совсем даже орфоэпия;
б) «если вы говорите «правы», то вы не правы»;
в) Апокалипсиса можно не страшиться, потому что ждет нас Апокалипсис.

Потом уже было много шуток: и про "Арзамас" («А вы-то знаете, что такое кружок? Вот мы кружок. Хотя... скорее всё-таки овал!»); и про наше хорошее настроение («Да, бояться меня не надо, у нас тут вообще очень теплая атмосфера, вы не заметили? Очень теплая, ага. Валерия, окно открой, пожалуйста!»); и еще много таких мелочей.

После минутки здорового смеха изучение бесшабашного гусара Давыдова, у которого даже печальнейшая из элегий непременно содержит хоть строчку-другую про удаль и пьянство, пошло не в пример легче. А биография у него и вправду потрясающая, есть от чего придти в восторг. Одних совпадений сколько!
- и родился он в Бородино;
- и служил под началом Багратиона, про длинный нос которого до этого сочинил кучу эпиграмматических стишков;
- с первым отрядом партизанов попал в засаду... русских же крестьян, которые перепутали мундиры собственных защитников с завоевательскими;
- сначала получил высокий чин, затем был стремительно разжалован и чуть не лишился драгоценных усов. Спасло его только личное письмо Александру с мольбой не отнимать символ его гордости и чести...
Наконец, как нам сообщили, десятая часть этого его «символа» (поясняю: усов) до сих пор хранится в архивах Жуковского! :)

В заключение Карим сказал, что ни в коем случае не стоит принимать что-либо на веру (в том числе и его слова) и что он будет с нетерпением ждать желающих оспорить его выводы.

И да, было еще занятие, на котором безраздельно царствовала Валерия, и я в очередной раз смотрела, как она упивается выступлением перед аудиторией, как участвует сразу во всём, передает право высказаться взглядом, как говорит так, чтобы все умирали от хохота или сидели пристыженные. Как в перерыве к ней, уверенно-яркой, летят, как на свет, девочки — поболтать и пообниматься, за советом или язвительным комментарием.

А в следующий раз будет Аня.

@темы: люди и нелюди, на полях конспекта: курсы

19:57 

Хорошее и разное

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
* * *

То ли к тёплым чарам Макса Фрая у меня успел выработаться иммунитет, то ли просто последняя книжка «Хроник Ехо» у самого автора получилась не слишком насыщенной, — вот только не вызывает «Тубурская игра» ожидаемых эмоций: там, где могла бы хохотать в голос, улыбаюсь, в прочих случаях и вовсе ограничиваюсь мысленной отметкой «шутка».

А ведь, казалось бы, время для прочтения выбрано правильно — именно холодной прошлогодней осенью сэр Макс со товарищи меня буквально вытащили за шкирку из холода и постоянного дурного настроения; почему этого не удается сделать продолжателю традиций самого обаятельного сотрудника Тайного Сыска, Нуминнориху, — ума не приложу. И ведь хорошо всё — и не то. Не совсем то.

А если о самой книге — рожденный во сне Ехо тихо уходит обратно в сон: неявное композиционное кольцо. Мозаичные мостовые и ослепительные небеса тускнеют, теряясь в отдалении, — не по сюжету, который, как всегда, динамичен (сэр Нуминнорих путешествует, учится, попутно раскрывает кучу секретов и рассказывает о своей замечательной маме), скорее, по атмосфере... которая, надо думать, идет из изменившегося отношения автора, очарованного другими мирами. Сказочным Вильнюсом, например. И это видно, несмотря ни на что; даже сам сэр Макс отмечает перемены и мимоходом упоминает: вот и ещё один период закончился, — и напрашивается вывод: вот и ещё один герой уходит из нашего поля зрения, не забирая, правда, обратно уже подаренное — и на том спасибо.

Ехо, Ехо — эхо азартного "ю-хуу!.." — твоим уютным кофейням и головокружительным эскападам, твоему обаянию и теплу говорю: до свидания. Я, всё-таки, не дурочка, и никогда не прощаться навсегда ты меня научил. Не в том дело, что во второй раз нас не пустят в ту же реку — просто она сама изменится, и новый заход будет очень во многом первым. И по-новому прекрасным — даже если эта встреча и оказалась не самой удачной.


* * *

Между прочим, вчера во второй раз за этот год побывала на курсах, которые «Подготовка к олимпиадам по литературе». Ну, что сказать — там многое изменилось. На горе безнадежно влюбленной Алине ушел основной преподаватель и по совместительству объект наших баек. Версии о причинах сильно расходятся, зато любители анекдотов, больше не боящиеся шагов за дверью, блаженствуют.

На последнем занятии его замещала совершенно прекрасная Александра: хрупкая, легкая, в темном и с огромными глазами, — хотя внешность и не важна, потому что рассказывала о Пастернаке она чудесно — а в моем понимании "чудесно" — это прежде всего быстро, ёмко, не сухо. Анализировали стихотворение «Снег идет» — движение снега, предметов, авторского взгляда, смещение и последующее совмещение смыслов, превращение снега в сложный символ.

Завязалась довольно любопытная и, безусловно, жаркая дискуссия о том, почему именно "цветы герани", а не что угодно другое, упомянуто в тексте — и это вполне закономерно вылилось в совсем уж безосновательный спор о том, утро описано или же ночь :) Тут уж распалились даже самые тихие и скромные: говорили о монохромности картины, о том, что снег в лучах луны кажется серым месивом, а не "белыми звездочками"... да о чем только не говорили — и ведь с абсолютной серьезностью! Но даже это не помешало занятию пройти великолепно, мне кажется, я начинаю понимать, "как всё это сделано". Начинаю начинать, по крайней мере :)

А "на закуску" у нас была Валерия. Именно она сообщила, что, «если у кого-то из присутствующих началась паника от большого количества непонятных слов, эту панику нужно преобразовать в положительный месседж, ей, Валерии, и адресованный в личном письме». Примерно такой:

«мне очень понравился урок, а для того чтобы следующий понравился еще больше, прошу срочно объяснить мне
а) что такое хорей;
б) что такое ретроспекция;
в) что такое Пастернак».

На этом месте и так взбудораженная аудитория просто легла под стол от смеха, однако урок не закончился, поскольку дальше последовала чтение письма Герцена к Огареву в Валерином же уморительном (и парадоксально, на факт: очень познавательном в плане тонкостей, нюансов и вообще разбора как такового) исполнении.

Теперь вот придется перевоплощаться в Огарева... но что поделаешь. «Подготовка» того стоит.


* * *


В оркестре пело раненое море,
Зеленый край за паром голубым,
Остановившееся дико сердце...


(с) Михаил Кузмин, цикл «Форель разбивает лед»

Полный текст стихотворения «Первый удар»

@темы: чужие стихи, сэр Макс, на полях конспекта: курсы, люди и нелюди, круг чтения, в настроение

18:33 

Фрагментами

Так попросишь не сниться - а выйдет: "Не умирай"... (с) Диана Коденко
На улице жара, всё плывет в душном мареве, не вздохнуть даже. Небо неподвижно и оттого кажется нарисованным.
Это — начало лета и конец полёта.
Вспоминаю, пока ещё могу.

* * *
Москва, ноябрь 2012.
Пять девочек стоят рядом; момент должен выйти торжественным, но не выходит, потому что глаза закрываются от недосыпа и ветра в лицо. Кажется, что так уже было; вспоминается давний сон, где стояла на незнакомой площади с незнакомыми людьми, — что же, теперь всё знакомо и закономерно, могу назвать по именам: Алина, Катя, Таня, Ксюша. Папа их теперь называет моими московскими девочками.

Таня: точёная, хрупкая, полупрозрачная красавица, даже не Снегурочка, а Снежная Королева. Первое время я ужасно удивлялась, видя её улыбку, — думалось: такие девушки не могут смеяться, они для того и созданы, чтобы ими любовались, чтобы даже смотрели на них из-под ресниц — как бы не растаяли от слишком прямого взгляда. Я так и не привыкла к её чуть лихорадочной, какой-то отчаянной весёлости: как будто у неё от усталости или напряжения что-то обрывалось внутри и прорывалось наружу приступом необъяснимого смеха. После таких приступов она подолгу молчала, — или так только казалось, и не было в ней никакого волшебства?

Алина: лучший враг или сумасшедший друг, с такими надо быть начеку, — из всех споров выходит победительницей, а уж если увидела в человеке что-то смешное, сделает так, чтобы над этим потешались все. И искренне не будет понимать, что же так расстраивает объект веселья. С Алиной интересно и немного страшно, она смешная и суматошная, язвительная и остроумная; через час разговора перенимаешь её стиль общения. Ну, здравствуй, друже.

Катя: у нас была за старшую, спокойная и ласковая, деловитая, надёжная. Многолетние цветы, не яркие, но радуют глаз с весны до поздней осени; нежаркие дни, про которые приятно вспоминать, хотя, вроде бы, в них нет ничего особенного; уютные небольшие комнаты, неспешные пешие прогулки... да мало ли что ещё. Про таких говорят: такая хорошая! — и ничего не добавляют, потому что нечего добавлять.

* * *
Токсово, май 2013.
Между соснами, на сравнительно небольшой (около метра) высоте горизонтально закреплены бревна, образуя дорожку или турник. 10 человек идут по этой импровизированной дорожке, шатаясь, вскрикивая и хватаясь друг другу за руки; им страшно и весело, они сейчас — одна команда, одно существо, потому что если упадёт хотя бы один человек, всё придется начинать заново. «Люди, давайте быстрее!», «Не торопитесь, нужно подождать Алёну!», «Лера, ну что такое, всё хорошо, осталось-то всего-ничего...».
И сентиментально, да, но за такие моменты я и люблю мой класс.

* * *
Санкт-Петербург, январь 2012.
В кабинете английского языка несколько человек, солнце заглядывает в окна и слепит глаза, но шторы не задергивают; по полу скачут солнечные зайчики.

На последней парте — лист ватмана, акварельные краски и фломастеры, и Саша Сухорукова рисует золотого дракона. Он отчего-то выходит смешным и чуть растерянным, зато у него блестящая чешуя, на изображение которой ушла уйма времени, и добрые глаза.
Саша критически оглядывает работу. Дракон улыбается ей.

«I wake up to the sounds of music, Mother Mary comes to me; there will be an answer, let it be», — это поёт в другом конце класса Лёва, и Мария Михайловна с гитарой в руках подхватывает припев, и песня звучит на два голоса, куда трогательнее и проникновеннее, чем в любом концертном зале мира, — потому что в этот момент в это «let it be!» верят все. Даже те, кто строит из себя философов и циников, кто обычно смеется над чужой сентиментальностью.

* * *
Я по натуре не член группы, а зверь-одиночка. Но эти воспоминания — едва ли не лучшее, что у меня есть, не считая нескольких других. Но о них я говорить не могу.
запись создана: 02.06.2013 в 14:53

@темы: сны, сегодня школа и завтра - школа..., ретроспектива, люди и нелюди

Песни и шорохи

главная